Обо всем > ВНИМАНИЕ!!! Бар "TITTY TWISTER" От заката до рассвета.. 

Cheron'у на редкость надоело стоять возле ничего не понимающего Кошака. После непродолжительного осмотра, выяснилось, что это вовсе не Кошак, а клон, почему-то не работающий. Cheron, не долго думая, врезал ему обухом по затылку, схлопотал в ответ затрещину, но своего добился - клон-таки заработал, и безлично потопал на кухню за мясом.

- Овощей принеси! Тушеных! - запоздало крикнул Cheron.

Далее селдовало поднять свои серебряшки, которые он так неосторожно швырнул клону. Почти все они оказались на месте, за исключение парочки, котррая неизвестными путями оказалась в карманах местных нищих.

Cheron удобно развалился на стульчике. который под ним жалобно затрещал, выпросатл из сумки свой кудок с драконами, отвинтил крышку фляги, где оказалась самая обычная вода. Может и не совсем обычная, а с некоторыми добавками, просветляющими разум от похмелья.

Он сделал несколько мелких глотков, и стал ждать клона с едой...

выйдя из Ступора Аника снова обратил свое внимание на Черона у которого как он успел заметить остались кругляши из подозрительного метала, медленно подоядя к столику за которым сидел дорый дядя - Аника достал косячок и закуривая сказал - а это не вы расказывали моему другу Мэту Коутону сказку про то как гномы дракона в пещере завалили ....

Человек, сидевший долгое время молча в дальнем тёмном углу наконец встал, оставил на столе бумагу и направился к выходу. Попути пнув исхудавшего клона в сторону своего стола.

Клон, немного покосясь на удаляющуюся спину странного и страшного человека, который раньше постоянно сидел за этим столом, но потом кудато пропал, подошёл к массивному дубовому столу взял бумагу в руки и ради любопытсва стал читать.


Кошаку лично, кто будет другой читать сам виноват.

Кошак, я вернулся. Сейчас я схожу в пару мест, а вечером приду. Подготовь для меня как обычно, бутылку водки, томатный сок и банку ту..ё..ки... Бу..у бла....да....н........ тут у клона из глаз хлынули слёзы а зрачки расширились и уставились в зал ничего не видящим взором...  наощупь он стал продвигатся к каморке кошака.

В бар влетел Бедный. Точней его влетели - за окном слышался чей-то мат и крики "Ну ВЦ! Тока вышел..." . Бедный, поднаявшись с пола, заорал в ответ: "А нефиг!" Но тут он увидел что-то отдаленно напоминающее Кошака и сделал заказ:
"Ньюба! Жаркое!"

Cheron наконец-то получил свой заказ вместе с парой медяшек сдачи (еще три медяка жадный клон по-видимому, упер сам), и мягко вгрузся в него. Через непродолжительное время, он заметил, что его уже не первый раз о чем-то спрашивают...

- Мэту? Какому Мэту? Ах, тому... это который в Ангелсе был...

Было дело, не спорю.

Хорошая там таверна была... хотя и эта не хуже.

И песенка тоже веселая была...

И Cheron, замечтавшись, начал в запале запевать куплеты...

Изгиб секиры острой блеснёт при лунном свете,
Стрела из арбалета пронзит тугую высь.
Тут и слепой увидит,что,вопреки советам,
У логова дракона все гномы собрались.

Вперёд выходит Дьюрин с длиннющей бородою,
Дракону из пещеры он грозно молвит:"Брысь!"
А ящер усмехнулся,подумав плотоядно:
"У логова дракона все гномы собрались."

Из логова рептилия огнём своим дыхнула
И Дьюрину усищи сумела опалить!
От дыма гномы,прокошлявшись,решили,
Что гаду из пещеры им надо отомстить.

Вскипела лавой ярость подгорных рудокопов,
Заставив топоры сильнее сжать рукой.
В тревожном лунном свете сверкнула сталь доспехов,
У логова дракона готовят гономы бой.

Глаза отважных войнов горят,как звёзды в небе,
Литые их порядки прочнее с сеном скирд.
"Топор мой жаждет крови!"-воскликнул Дьюрин в гневе,
И в логово дракона ворвался гномий хирд.

В пещере оказался драконище громадный,
Весь с морды и до пяток покрытый чешуёй.
Он повернулся к гномам,окинув взглядом жадным,
И кинулся к добыче,ощёрившись бронёй.

Гад запугать пытался,огнём всех обдавая,
Никто не вскрикнул в страхе и бровью не повёл.
Сомкнув ряды,и,бороды щитами прикрывая,
Рванулся хирд в атаку,чтоб аспид не ушёл.

Дракон в бою ужасен,противен и опасен,
И много славных войнов погибло под стопой.
Но духом не упали отважные хирдманы,
Коварного врага теснят они стальной рукой.

Меж огненных клубов лабрис сияет грозно,
Сплетая смерти сложный и мастерский узор.
То гномы в бой бросались,пока не стало поздно,
Чтоб кровушки драконьей напиться мог топор.

Всю ночь и день кипела отчаянная битва,
Без устали мелькали острейшие клинки.
Секиры и булавы в пещере той взмывали
И высекали искры из мерзкой чешуи.

И в иступленьи полном дракон метался дико,
Пытался он отбиться от "демонов" в броне.
Но как по волшебству его встречала пика
И сталь оравы жуткой,вопящей о войне.

И ящер тот вертелся,как прут на наковальне,
Такой же раскалённый и пышущий огнём,
Но доблестные гномы прижали змея в штольне,
А Дьюрин благородно проткнул его мечом.

И ящерское сердце сдалось пред доброй сталью,
Что родовые тайны заботливо хранит.
Не долго было тело с душой,летящей в дали,
И голова драконья скатилась на гранит.

Но гнома взор внезапно привлёк отсвет от злата
И вот заветный клад предстал, что душу бередил.
То россыпи граната,алмаза и агата,
Ведь в логове дракон сокровища хранил.

Воспрявшие вмиг гномы к работе приступили.
Разгрёб всю гору злата упрямейший народ.
Рубины и сапфиры все рюкзаки забили,
И будет впредь в достатке весь их подгорный род.

И с каждым новым шагом жизнь становилась сладче
От доблестной победы и клада за спиной.
Но груз такой не тянет и путь домой всё легче,
Хоть,позади потери и долгий,смертный бой.

Конечно,гномы вспомнят,чьи топоры навеки
Остались в подземелье,расплавленны огнём.
Прославленные войны,в бою том смежив веки,
Открыли путь к победе над гадким ящером.

На злато,что добыли,весь гномский клан кутит,
Ведь войнов нет сильнее в застолье и с мечом.
И к демонам проклятым пускай весь мир летит,
А гномы вдызг напьются и всё им нипочём!

Эх... и это тоже ничего...

На суше нас мучело горе,
С разных мы вод и земель,
Нас братьями сделало море,
И любим его мы теперь.

Нас долго не сдержат причалы
На тверди остаться нет мочи,
Леса и поля наскучали,
Лишь в море повёрнуты очи.

Не слепят нас камни и злато,
Слава и влаасть не влекут,
Путишествия-вот, что нам надо,
Нас битвы и тайны зовут.

И если упала ночь камнем,
А свет весь белый поник,
Цель свою мы настигнем,
Звезда нам в пути проводник.

Пусть, даже застигнута штилем,
Гаула упрямо несётся,
И семь локтей под килем
Всегда у неё остаётся.

Не знает преград наша братья,
Мы плыть будем ночью и днём,
В пути нас снедают несчастья,
Но с курса своего не свернём.

Мы ищем попутных течений,
Сплетая маршрутов клубок,
Наша жизнь полна приключений:
Таков уж бродячий рок.

Нет приятней виденья для взора,
Чем тонущий пурпурный храм,
Это солнце крывает от мира
Древний пращур морей-Океан.

Трепещет лазоревый парус
Гаула как чайка быстра,
Как буря страшна наша ярость,
Ведь смерть-нам родная сестра.

Невеста нам-вечное море
Нам волны-девичьи уста,
Как мачта крепка наша воля,
И совесть как парус чиста.

Отрадно, что буря взвывает,
И брызги летят в небеса,
А штиль нашу душу терзает,
Как яростный шторм паруса.

Тайфуны и смерчи-нам братья
Их воле корабль отдан,
И больше не надо нам счастья,
Чем с радостью ждать ураган.

Наш гнев грозе подобает,
И шквальному ветру-ярость,
Нашей силой шторм обладат,
Прилив упорству завидует малость.

Презрев тревоги и беды,
Ведём мы гаулу перёд,
Поможет достигнуть победы
Та храбрость, что в жилах течёт.

Напал враг на нас вероломно,
Чтоб наше сокровище взять
Мы стояли,как риф-непреклонно,
Чтоб море ему не отдать.
 
Сквозь плотный наш строй не пробиться,
На жалости прочный замок,
И в праведный бой рвётся сердце,
В кровавую сечу-клинок.

Напор как айсберг страшен
И молнии быстрей,
И каждый миг так важен,
Что равен сотне дней.

Морская рать пламенит
Атвагу и доблесть свою,
Победу у тьмы отстоит
Или храбро погибнет в бою.

Враг дрогнул волною неверной
И, взглядом нас подлым сверля;
Атака,шипучею пеной,
Разбилась о борт корабля.

Отходит противник во мрак,
Отчаяным воплем крича,
И смерть свою повстречал враг,
В сияющем танце меча.

Мы зной и дожди испытали
И водные пики валов.
Прошли туманные дали,
И опытней нет моряков.

Гордые, страшные рифы
Обходят нас сдалека,
Отчаяно храбрые мифы
Сложили о нас на века.

Мы времени бросили вызов,
И долго шли над волной,
Смеялись над свистами бризов
И глубь позвала за собой.

И давно наши духи на воле
В бездне вод не осталось костей
И летит наша песня на море,
Застывая в крови у людей.

Песня духов-матросов.

Услышав чье-то пение, Бедный поднял лицо из салата и немузыкально заорал:
"Ой то не вечер, то не веэээчер! Ой мне малым мало спаЛОСЬ! Мда! ЛОСЬ! Лося мне!" и опять отрубился

Да да - вспоминая произнес Аника - Было дело...и вздохнул
- я тогда тоже бывало любил попеть - пока Мет на ухо не наступил по пьяне -
и расплакавшись Аника сел за столик и принялся с горя поедать заказаное Чероном ...

Да... помню, помню... было дело...

И Cheron начал аккуратно оттаскивать свой заказ ис под Аники, а потом решил заказать еще.

- Эй, клон! Того же самого, по второму кругу! И вина принеси! - гаркнул Cheron.

Слишком тихо было вокруг. Noxilie уже третий час выслеживал стайку гоблинов, что покусилась на его запасы съестного во время отсутствия Noxilie в лагере. Пещеры подземья хоть и славились своей запутанностью, но гоблины оставляи слишком отчетливый след. Один из гоблинов, а возможно и несколько, были ранены, попав в ловушки, разумно оставленные Noxilie на случай незванных гостей. Наконец, Noxilie вышел в просторную пещеру. Слишком просторную, для того чтобы быть безопасной. Не успел он об этом подумать, как сознание пронзила ужастная боль. Словно раскаленный кинжал пронзает мозг. Уже в полубессознательном состоянии, Noxilie поставил ментальный барьер, и только это спасло его от неминуемой гибели. Трое иллитидов пытались пробить брешь в ментальной обороне Noxilie, которая медленно таяла под натиском трех мозгоедов. Сделав резкий скачок к одному из иллитидов, Noxilie без сожаления рубанул мечом по оному. Иллитид пытался прикрыться рукой, но это его не спасло, огромная рана появилась чуть ниже плеча извергая из себя поток крови.
Неожиданно, словно из ниоткуда, стали появляться другие проницатели сознания. Их становилось слишком много на одного. Не долго думая, Noxilie открыл портал и отступил, унеся жизнь еще одного иллитида, посредством отделения головы от тела оного...

Посреди бара открылся портал и из него выпрыгнул Noxilie c мечом на изготовку.
Приметив знакомые лица, он направился к их столику, по пути делая заказ бармену, принести мангового сока, что замечательно востанавливает силы, особенно после ментальной обороны.

Илиттиды они да... гады, оним словом.

А Cheron ем временем лихорадночно искал в ГлазеДракона на минус третьем уровне комнату с зеленым глазом... и так и не находил.

Эх...

«Сожалеть о минувшем поздно —
Рухнул мир, разорвав оковы.
Мне навстречу, подобны звездам —
Золотые глаза дракона.

Мне за дерзость не будет прощенья,
Но скажите, святые иконы —
Кто наполнил огнем священным
Золотые глаза дракона?

И подсуден теперь едва ли
Я земным и небесным законам.
Я — последний, кому сияли
Золотые глаза дракона.»

*усиленно вспоминая*
Помню там было много Юань-ти... больше ничего не помню....

Это было... это я где-то видел... по-моему там же...

О! там еще алхимическая лаборатория была какого-то хрыча.... а еще оазис был со лже Натаниэлем.....

Да - поддержал тему Аника - я тогда вот такого дракона завалил -

где? в глазе дракона?

В каком глазе?

Большом.... Так гора называется... а может сеть пещер...

Во-во! Был он там!

Только я не узнал, как догадаться, что это лженатаниэль... хоть у меня и паладин был.

Я просто об этом прочитал, и убил его...

А вот мост внизу ни магу опуститть...